AND

Логическое завершение этого полуночного кошмара. Бродский, "Одиночество".

Когда теряет равновесие
твое сознание усталое,
когда ступеньки этой лестницы
уходят из под ног,
как палуба,
когда плюет на человечество
твое ночное одиночество, --

ты можешь
размышлять о вечности
и сомневаться в непорочности
идей, гипотез, восприятия
произведения искусства,
и -- кстати -- самого зачатия
Мадонной сына Иисуса.

Но лучше поклоняться данности
с глубокими ее могилами,
которые потом,
за давностью,
покажутся такими милыми.
Да.
Лучше поклоняться данности
с короткими ее дорогами,
которые потом
до странности
покажутся тебе
широкими,
покажутся большими,
пыльными,
усеянными компромиссами,
покажутся большими крыльями,
покажутся большими птицами.

Да. Лучше поклонятся данности
с убогими ее мерилами,
которые потом до крайности,
послужат для тебя перилами
(хотя и не особо чистыми),
удерживающими в равновесии
твои хромающие истины
на этой выщербленной лестнице.

Да

После всей этой неописуемой х*йни которая падает и падает, вот

"Рыбы зимой"

Рыбы зимой живут.
Рыбы жуют кислород.
Рыбы зимой плывут,
задевая глазами лед.
Туда.
Где глубже.
Где море.
Рыбы.
Рыбы.
Рыбы.
Рыбы плывут зимой.
Рыбы хотят выплыть.
Рыбы плывут без света.
Под солнцем
зимним и зыбким.
Рыбы плывут от смерти
вечным путем
рыбьим.
Рыбы не льют слезы:
упираясь головой
в глыбы,
в холодной воде
мерзнут
холодные глаза
рыбы.
Рыбы
всегда молчаливы,
ибо они --
безмолвны.
Стихи о рыбах,
как рыбы,
встают поперек
горла.

Человек одинок... как мысль, которая забывается (с)

Завтра четверг, обязанности мои:

Луч: Ледниковый период, Ледниковый, Ледниковый и Ледниковый - целый день с утра до вечера. С девятого еще "Затащи меня в ад" от человека, который снял "Человека паука" (1, 2, 3) и "Зловещие мертвецы" (1, 2, 3). Как минимум - спасибо, что разбавили этот тупой сахар крысобелок.

Еще, знаете, Киномакс вдруг обрадовал. Вместо того, чтобы показывать участника Канн этого года "Антихриста", покажут "Разомкнутые объятия" Педро Альмодовара, тоже участника Канн этого года. Я вот смотрела всего один фильм Альмодовара - "Возвращение" и точно знаю, что это - не мой режиссер. Он постоянно снимает о женщинах, даже некоторые особо его любящие говорят, что Альмодовар знает чего хочет женщина и вообще разгадал женщин. Я склонна этому не доверять, но проверять и смотреть его фильмы - ни за что. Только случайно. Но Киномакс располагает, поэтому Пенелопа Крус будет отсмотрена на большом экране. Если будет с субтитрами - я их убью. Одна я не люблю слушать в оригинале испанский два часа? Это же кошмар и ужас. Трейлер, господа присяжные, посмотрите. Как обычно ничего не понятно, но атмосферу дает.

Ну а в целом сезон тишины продолжается. Пожалуй, это даже повод назвать это лето "летом тишины и покоя", а я это ох как не люблю в кино. Медитируем. Смотрим "Картины освобождения" Ларса Фон Триера. Следим за птичкой. Поднимаемся над лесом. Любим. Не верим. Берем в руки колышек и - долой глаза, потому что "я никогда не могла увидеть себя в твоих глазах". Секунду назад подумала, что мы (то есть люди - обобщаем-с) любим не других людей, а себя в чьих-то глазах, мы не смотрим на что-то, мы смотрим на себя в этом, мы в чьих-то глазах ищем себя. И тут - получай, Олеся, по башке, Ларс снял об этом еще в 1982, пустив фразу про "я никогда не могла увидеть...", привязав мужика к дереву и вложив в руки тетки колдышек деревянный. Это прекрасно, правда. Хотя на час времени растянутое, субтитрами обложенное, и с переменным успехом показываемое. А то, что у меня мысли с Ларсовыми сходятся - страшно, правда. Он манипулятор и вообще скотина. В общем, продолжаем смотреть его.

Когда кончаются слова, мы не придумываем. Мы берём чужие

"Зачем лгала ты? И зачем мой слух
Уже не отличает лжи от правды,
а требует каких-то новых слов,
неведомых тебе - глухих, чужих,
но быть произнесенными могущих,
как прежде, только голосом твоим."

ИБ

Письма римскому другу

Хочется поделиться, почти впервые в жизни.

Вот никогда у вас не бывало такого?.. Смотрите фильм Бертолуччи и тут бац, в какой-то момент жмете на «стоп» специально, потому что еще чуть-чуть и череп вскроется от шока, счастливого шока. Вы снова включаете, потому что невозможно не смотреть, руки сами жмут кнопки, а глаза не моргают, краснеют и слезятся. Но и смотреть то тоже невозможно! Или читаете Гарленда, и в какой-то момент специально откладываете книгу в сторону. Нет, не потому, что хотите отложить прочтение, отложить удовольствие – а потому, что реально не можете физически читать. Еще, кажется, секунда и можно будет выносить, если продолжить. Или стихи, которые не хочется читать, а хочется, чтобы они уже были у вас где-то на подкорке головного мозга. Чтобы в минуту сладостного озарения можно было легко выудить парочку фраз и, сделав умные глаза, процитировать Бродского? Знать – да, а читать их – тоже невозможно.

Мне всегда было интересно, что же во всем этом такого, отчего у меня начинает кружиться голова, слезятся глаза и мурашки бегают по всему телу. И вот, сегодня, читая Бродского, я, наконец, поняла, что это всего лишь типичный человеческий страх. И в момент, когда я судорожно искала какое из стихотворений привести в пример, осознание того, что Бродский знал слишком много обо всех нас, снизошло до моего глупого маленького мозга. Все эти люди, которые нас насилуют (а мы кричим «еще, еще») – они знали о нас гораздо больше, чем мы сами знаем о себе. Это вызывает у меня мистические переживания. Поэтому ничего из Бродского писать не буду, о Бертолуччи в моем блоге вы вряд ли что-то найдете, а так же о Линче, Дали, Гарленде, Паланике, и, пожалуй, о Мунке. Последнего как исключение представлю первый и последний раз. Чувствовать себя изнасилованной идиоткой… Да, хочу!

Поймете?